Не могу я не писать, хоть и знаю, что это лишит меня действительности.
Новый рассказик из серии "Первая тысяча слов"


Я всегда думала, что у меня рано или поздно начнется безупречная жизнь обыкновенной женской особи, которая не стремится ни к чему, кроме деторождения и мужеоблагораживания. И когда мне вдруг пришлось собрать за два дня вещи и покинуть устаканившийся семейный быт, переехать к подруге, я первое время даже не знала, куда двигаться дальше и что думать. Голова была пустая и до непонятности прозрачная. Я не чувствовала ничего: ни свободы, ни любви, ни боли. Где-то на задворках торчали ушки страха, но я мужественно старалась его не замечать.
Сменила работу, устроилась в новой комнате и завод закончился. Всё это казалось наваждением. Ты появился так случайно и так немыслимо вовремя, что не было сил тебя оттолкнуть. Я купилась на твою непосредственность, граничащую с детской, и долгое время полагала, что это маска, в которой ты живешь. Встреча за встречей, я не задавала тебе вопросов, и сама не отвечала, да и не было у тебя желания знать больше, чем я выбалтывала о своих бытовых реалиях.
Мы как бы жили в разных мирах, который пересекались только на одну ночь в неделю, для ублажения амбиций успешности одного и удовлетворения телесных потребностей другой. Нашими разговорами были улыбки и пустые слова, за которыми не было мелких идей и смыслов, они даже не касались окружающего нас мира, они вообще ничего не касались.
Я не решалась нарушать этого союза, не пыталась ему дать имени, не давала имени тебе, т.е. оставляла тебя за границами своего, всегда обозначенного словом окружения. Мы не всегда говорим то, что надо и еще реже то, что хочется. Видимо потому, когда появляется шанс ответить на прямой вопрос честно, мы теряемся, скукоживаемся в поставленные уже не понятно кем рамки, пытаемся втолкнуть ответ, расшаркиваемся все больше перед собой или просто молчим.
Между нами не было прямых вопросов или не нужных подозрений, потому что каждому было не интересно, а что там дальше, за границей этой ночи. Если я появлялась раздраженной, то фраза: «Давай забудем о работе!» - была высшей мерой призвать меня к порядку. И, в общем-то, я была склонна согласиться, что моя личная жизнь, будь-то работа или переживания о разводе, не должны портить нам секса, и возвращалась в границы, что существовали между нами.
Я старалась не рассказывать о тебе и этих встречах никому, потому как не знала, кем тебя обозначить в этих рассказах. Да, я думаю, что тебя это очень мало беспокоило. Ты расстилал огромный диван, и я послушно танцевала тебе стриптиз. Во мне ни на мгновение не появлялась мысль, что это может перейти в нечто серьёзное, пока однажды ты не стал мне рассказывать о себе.
Я была не в меру молчалива в ту ночь. Моё сердце заходилось и приступах самоуничтожения, оно попросту не справлялось с тем, чтобы игнорировать проблемы, что окружили меня, и тихо как двухнедельный котёнок, выброшенный на снег нерадивыми хозяевами, попискивало. Я следила за дыханием, медленно двигалась. Попросила красного вина, чтобы перечеркнув легким туманом разум и все его логические выкладки, немного освободить сердце от боли.
Мы сидели с бокалами на маленькой кухне, и у нас захватывало дух, от ощущения, что можно думать открыто и говорить правду на прямо поставленные, казалось самой жизнью, вопросы. Души наши были полны молчанием и это был естественный порыв перед сближением. Это было мгновение того чудесного шанса, который случается только один раз на одно чувство.
Но, ни я, ни ты не начали этого разговора. Это время проскользнуло мимо, не оставив даже отпечатка на памяти. Растворилось в незабываемом хаосе телесных удовольствий, что замыкали каждую нашу встречу. Было ощущение, что все это сон, начавшийся немного заранее, и уже утром, действительно проснувшись, мы не решились себе признаться в том, что ночью мы потеряли каждый свою новую жизнь.
Нужно было встать, умыться и продолжить жить в одиночку. Спуститься сначала на лифте, потом на эскалаторе и оставить видение в памяти, забыть, что ты есть в этом мире. Проснуться.
Хорошо понимая происходящее, разговаривали о чем угодно. Впрочем, это было уже выработанной привычкой - не замечать. Человеческая нетерпимость к отчаянию, мужская нетерпимость к слезам, женская нетерпимость пьянству – все вокруг враждебно гуманизму, природа против жалости и как ни прячь её за культурой и моралью она будет просвечивать злобой и жестокостью.
Моё сердце всё ещё ныло, но я теперь понимала, что мой выбор лежит за гранью тебя. Что ты никак не связываешься с моей жизнью, каждый сам по себе, и это тоже часть решения. Я решила, что не буду обсуждать это с тобой. Моя неосторожность может нарушить нашу иллюзию счастья, этот дивный мир, который мы создали и который не выходит за рамки встреч один раз в неделю.
«Эмоции хороши, когда они положительные, когда они приносят радость. И если есть в твоей жизни человек, который приносит тебе радостные эмоции, зачем тебе перечеркивать ваши отношения?» - думала я. - Не сближаться при этом, не проникать во взаимные проблемы – это единственная защита отношений».
Не расплескав всего прекрасного, что возникает, удержаться на расстоянии и не проникнуть в проблемы друг друга – искусство, которому иногда стоит научиться. Сживаясь между собой, пары пытаются управлять раздражением, что рождается от неприятия. Люди разные и нам не хочется с этой разностью мириться, а потому нужно не замечать их. Не замечать же получится только, не допуская человека к себе близко, не разрешая себе проникать в его проблемы и душу. Великое искусство европейской отрешенности от внутреннего мира живущих рядом.
Я ничего не сказала тебе. Я знала, что ты начал привязываться, знала, что начинаешь думать о любви ко мне и ничего не делала. Я решила, что до явных причин, которыми можно будет объяснить моё нет, ничего не предпринимать. Мы так же встречались, и даже могли отмечать памятные даты наших отношений, но это ничего ровным счетом не меняло. Я смотрела на тебя и всё так же не видела будущего за встречами раз в неделю.
- Поехали на несколько дней отдохнём, - как-то сказал ты. – Проведём это время только вдвоём, без спешки и с удовольствием.
- Ты уверен, что сможешь провести со мной больше чем одни сутки к ряду?
- А почему нет?
Мне нечего было ответить, и очень захотелось рискнуть. Итогом этой поездки могла быть разлука или ссора, но почему бы не выпить этого шампанского на краю? Почему бы не рискнуть ничем ради чего-то?
И я согласилась.